Курган 2. Лесные Боги  - Сергей Байбаков

К этому времени Прозор справился со смущением. В самом-то деле — не съедят же? Парень понял — их рассказ важен. В избе тишина. Слышно как муха пролетит. Воеводы внимательно, затаив дыхание, слушают. Богатырь приосанился.

— Их ярла зовут Халли Большой Топор. Мы ночью прокрались в лагерь. Обошли дозоры, что вечером выставили викинги, подползи к шатру ярла. Там шатер один, богатый и только у ярла. Стоит посередине лагеря. Остальные викинги под открытым небом расположились, как и положено воинам. Велислав подслушал, о чем в шатре толковали. Надо же, я и не знал, что Велислав язык вестфолдингов разумеет, — отвлекся простодушный великан. Спохватившись, продолжил: — Сами викинги говорят с бруктерами на фризонском наречии.

— Никогда не слышал об этом ярле, — задумчиво сказал князь Молнезар. — И что дальше?

— Мы видели ярла днем, издалека. Он еще молодой, примерно, ну… — тут Велислав замялся, подыскивая сравнение, — примерно как мы с Прозором. Мощный. Но Прозор здоровее и выше. Еще мы сосчитали, сколько в лагере викингов. Их около тысячи. У вестфолдингов есть лошади…

— А как вы их сосчитали, молодцы? — спросил кто-то из старейшин. — Там ведь бруктеров как деревьев в лесу. Пыльно. И в такой толпе разобрать? Как смогли?

Велислав улыбнувшись, шагнул к столу. Достав из небольшой походной сумы кусок тонко выделанной светлой кожи, стряхнул его, расправляя складки. Положив кожу на середину стола, перед князем Молнезаром, с поклоном отступил.

— Вот. Днем, в рощице, мы время не теряли.

Князь Молнезар изумленно приподнял бровь. Перед ним лежала тонко и искусно вычерченная карта. Вот нарисован шатер ярла. Он по середине. А вот вокруг него, расходясь, вычерчены двусторонние клинышки. Их много. Над ними черточки с флажками. Вот невдалеке от лагеря двойная извилистая полоса. Речка. Вот, по-видимому, рощица, в которой засели разведчики. Даже стороны света обозначены на этой карте! Тут, сверху, солнце закрашено черным — это полуночь. Вот снизу оно раскинуло лучи — полдень. Вот закат, а это восход. Роспись сделана с тщанием, видно сразу. Да, тут ничего не скажешь! Молодцы охотники!

— Гляньте, воеводы! — воскликнул Молнезар. — Да ведь лагерь бруктеров перед нами как на ладони. Все видим! Теперь-то знаем, как они стоят! Дорогого стоит эта карта! Дорогого!.. Ну, парни! Ну, охотники! Теперь поясняйте! Кто рисовал? Ты, Велислав? Говори!

— Бруктеры строятся клиньям — верно беженцы говорили. Мы видели несколько таких клиньев в боевом построении. Дикари пошли в сторону моря. У каждого клина свой флажок. На карте я их обозначил. Всего мы насчитали около ста флажков. Во главе, и по бокам каждого клина девять-десять викингов. Вестфолдинги подают сигналы рогом, бьют в щиты. Тогда клин повинуется их приказам. Порядок у них! Что-то нечеловеческое! Так нам показалось. Строй такой складный, ровный. И захочешь — не получится. На привале, в лагере, дикари одного клина держаться вместе и не расходятся. Так вот, в каждой стороне клина примерно восемьдесят бруктеров. Значит в отряде примерно три с небольшим тысячи дикарей. Все мы насчитали около ста отрядов. По флажкам счет вели, несколько раз… И еще воеводы, нам показалось, что на закате пыльное облачко клубилось. Возможно — это подмога. Беженцы рассказывали, что сколько бруктеров не бей, к ним всегда с заката — из Земли Мрака — дикари прибывают.

В дружинной избе повисло тяжкое молчание. Князья и старейшины переглядывались. Шел подсчет вражьего войска. Велико, ох как оно велико! То, что рассказал Велислав — повергало в печаль.

— Да-а… — протянул умудренный воинским опытом князь Молнезар. — Если соберутся все альтидские дружины и ополчение, то… — князь махнул рукой. — Сомнут нас дикари! Сомнут, как… — Молнезар не договорил. И так ясно, что счет не на стороне Альтиды, какие бы искусные воины ее не обороняли. — Что скажете, старейшины? Воеводы? Князья? К Альтиде подошла неисчислимая сила! Нам не поспеть собрать войска. А поспеем, так…

Что «так» — виннетский князь не договорил. Его глаза потемнели, налились грозой. Ясно — полягут многие, если не все. И победы не будет. А если каким-то чудом удастся отстоять Альтиду, то страна обезлюдеет и превратиться в пустошь. Сразу же появятся новые захватчики. С полудня… С восхода… На закатном севере нависает мрачный Вестфолд. Викинги не преминут отплатить за то страшное поражение, что понесли в Триграде двадцать лет назад. Все слетятся, как вороны на изможденное, обескровленное тело.

— Говоришь, Прозор, ночью они беззащитны? Спят? Тогда ночью и нападать. Перебить сколько можем, и отойти. И так каждую ночь… А если они после первого же набега с места стронуться? Лес подожгут? Это сейчас жары нет, а дальше? Несколько дней сухой погоды, и все…

— Так-то оно так, князь… — сказал один из вендских старейшин. — А если дикари и ночью не так уж беззащитны? Велислав говорит, у них там воинский порядок. Значит, часовые есть. И викинги их ведут. А ведь они не глупы, вестфолдинги! Не дети малые! Что-нибудь удумали и для этого случая. И еще — в темноте ненароком сами себя передавим. И долго ли мы их щипать сможем? Велислав сказал, что на закате облачко пыльное маячит. Значит и вправду подмога идет. Они, чаю, с силами соберутся и в лес пойдут. Надо что-то другое измыслить. — И помня о том, что молодой охотник не просто так, не сам пошел в разведку, а надоумила его и подсказала, что делать сама Прародительница рода, спросил: — Что вы еще видели, Велислав? Какие задумки?

Парень снял с пояса баклажку. Со значением поднял ее, чуть встряхнув. Послышалось бульканье. Сейчас прозвучит главное, то о чем в видении рассказала Прародительница. Велислав, понимая, что в то, что он скажет, поверить сложно, приготовил весомое доказательство.

— Старейшины! Князья! Воеводы! Теперь — самое важное. — Голос Велислава обрел твердость, и с каждым словом набирал силу. — Бруктеры двинутся на лес не раньше чем через десять дней. Знайте это! Верьте мне! А в этой баклажке вода, но непростая! Слушайте внимательно, что мы с Прозором заметили. Итак, с вечера бруктеры запасаются водой. Посреди каждого отряда всегда стоит несколько бочек. Восемь-десять… Бочата есть у каждого — у каждого! — клина, — со значением подчеркнул Велислав. — А ведь войско дикарей стоит неподалеку от реки. Казалось, что стоит пойти к ней и напиться? Но… Прозор углядел, что перед рассветом, когда бруктеры спять мертвым сном, к бочкам подходят викинги и что-то подливают в воду. Хорошо, что у Прозора глаза такие — все увидит! Все заметит! Без него не было б этой баклажки, что я вам показываю. После того, как вестфолдинги подмешав что-то в воду отходят, бруктеров будят. Дикари сразу же бредут к бочонкам. Мы заметили — им тяжело идти. Будто лишены сил, больны… Но никакой давки нет, я говорил — там порядок, или, наверно, приучены. Каждый бруктер обязательно зачерпнет себе той воды. Каждый! После того, как дикари осушат бочонки, они бодры весь день. А ведь еды-то у них нет! С того, что дают им викинги, сыт не будешь, а ноги точно протянешь. Откуда силы? А вот откуда! — Велислав вновь вздернул над собой баклажку. — Это та вода, что пьют бруктеры. Как нам удалось ее добыть, не спрашивайте. Но главное — это вода из ночных бочек!